Васильева С.А.

Васильева С.А.

СИНДРОМ ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ВЫГОРАНИЯ У СОТРУДНИКОВ ЖЕНСКОЙ ИСПРАВИТЕЛЬНОЙ КОЛОНИИ

УДК 159.922

 

English verson:

Аннотация: В статье раскрывается специфика профессионального выгорания у пенитенциарных служащих, в частности у сотрудников женской исправительной колонии. Рассмотрены меры по предупреждению и устранению этого феномена.

Ключевые слова: профессиональное выгорание, эмоциональное выгорание, эмоциональное истощение, деперсонализация, редукция личных достижений, экзистенциальное отчаяние.

Об авторе

Ссылка для цитирования

Современные психологические исследования, касающиеся работников социальных профессий (врачи, психологи, педагоги, руководители разных рангов, работники сферы обслуживания, юристы, военные и др.), показывают подверженность их профессиональным деформациям [1]. Одним из частых негативных проявлений у представителей названных профессий является феномен «профессионального выгорания» или, в другой редакции, синдром профессионального выгорания. Данный синдром возникает в ситуациях интенсивного профессионального общения под влиянием множества внешних и внутренних факторов и проявляется как «приглушение» эмоций, исчезновение остроты чувств и переживаний, увеличение числа конфликтов с партнёрами по общению, равнодушие и отгороженность от переживаний другого человека, потеря ощущения ценности жизни, утрата веры в собственные силы и др.

По данным исследований ряда авторов [1, 3], к категории работников, подверженных риску развития «профессионального выгорания», относятся и пенитенциарные служащие, профессиональная деятельность которых имеет ряд специфических особенностей, осложнена множеством негативных факторов. Её успешность определяется не только и не столько профессиональными знаниями, сколько умениями реализовать их в своей деятельности за счёт развития профессионально важных и личностных качеств. Особенно это касается тех отделов уголовно-исполнительной системы (УИС), представители которых непосредственно общаются с заключёнными. Все это требует разработки и использования соответствующих профилактических мероприятий в пенитенциарной системе.

Существуют различные определения «выгорания», однако в наиболее общем виде оно рассматривается как долговременная стрессовая реакция или синдром, возникающий вследствие продолжительных профессиональных стрессов средней интенсивности. В связи с этим синдром выгорания обозначается рядом авторов понятием «профессиональное выгорание», что позволяет рассматривать это явление в аспекте личностной деформации профессионала под влиянием профессиональных стрессов (Маслач, Шауфели). К. Кондо кратко определяет «burnout» как дезадаптированность к рабочему месту из-за чрезмерной рабочей нагрузки и неадекватных межличностных отношений [2].

Термин «эмоциональное выгорание» введён американским психиатром Х. Дж. Фрейденбергом в 1974 году для характеристики психологического состояния здоровых людей, находящихся в интенсивном и тесном общении с клиентами, пациентами в эмоционально нагруженной атмосфере при оказании профессиональной помощи.

По мнению А.М. Ричардсена, данные современных исследований наглядно показали, что эмоциональное выгорание отличается от других форм стресса, что это не просто «слабый» синоним более устоявшихся обозначений данных симптомов.

В 1981 году вышла работа американских психологов К. Маслач, С.Е. Джексона, в которой возможность профессионального выгорания ограничивается представителями коммуникативных профессий. В соответствии с их подходом синдром профессионального выгорания представляет собой трёхмерный конструкт, включающий эмоциональное истощение; деперсонализацию (тенденцию развивать негативное отношение к клиентам); редуцирование личных достижений, что проявляется либо в тенденции к негативному оцениванию себя в профессиональном плане, либо в редуцировании собственного достоинства, ограничении своих возможностей, обязанностей по отношению к другим, снятие с себя ответственности и перекладывание её на других [4].

Японские исследователи считают, что для определения эмоционального выгорания к трёхфакторной модели К. Маслач следует добавить четвертый фактор «Involvement» (зависимость, вовлечённость), который характеризуется головными болями, нарушением сна, раздражительностью, а также наличием химических зависимостей (алкоголизм, табакокурение) [4].

Большинство специалистов признает необходимость учёта именно трёх составляющих для определения наличия и степени «выгорания». При этом вклад каждого из факторов различен (например, исключение фактора «редуцирование персональных достижений» сближает синдром эмоционального выгорания с депрессией)

Структура синдрома эмоционального выгорания по В.В. Бойко представляет собой последовательность трёх фаз:

1. Напряжение – включает следующие симптомы: переживание психотравмирующих обстоятельств, неудовлетворённость собой, загнанность в клетку, тревогу и депрессию;

2. Резистенция – включает следующие симптомы: неадекватное избирательное эмоциональное реагирование, эмоционально-нравственную дезориентацию, расширение сферы экономии эмоций, редукцию профессиональных обязанностей;

3. Истощение – включает следующие симптомы: эмоциональный дефицит, эмоциональную отстранённость, личностную отстранённость (деперсонализацию), психосоматические и психовегетативные нарушения [3].

Б. Пельман и Е. Хартман выделили три главных компонента феномена профессионального выгорания:

1. Эмоциональное истощение – проявляется в ощущениях эмоционального перенапряжения и в чувстве опустошённости, исчерпанности своих эмоциональных ресурсов.

2. Деперсонализация – связана с возникновением равнодушного и даже негативного отношения к людям, обслуживаемым по роду работы. Контакты с ними становятся формальными, безличными; возникающие негативные установки могут поначалу иметь скрытый характер и проявляться во внутренне сдерживаемом раздражении, которое со временем прорывается наружу и приводит к конфликтам.

3. Сниженная рабочая продуктивность, проявляющаяся в снижении самооценки своей компетентности (в негативном восприятии себя как профессионала), недовольстве собой, негативном отношении к себе как личности .

Д. Дирендонк, В. Шауфели, Х. Сиксма провели исследования среди голландских медицинских сестёр и выявили, что в качестве специфических детерминант профессионального выгорания у данного контингента выступает чувство несправедливости, социальной незащищённости, большая зависимость, как от пациентов, так и от руководства. Согласно их подходу синдром профессионального выгорания сводится к двухмерной конструкции, состоящей из эмоционального истощения и деперсонализации. Первый компонент – аффективный, относится к сфере жалоб на своё здоровье, физическое самочувствие, нервное напряжение, эмоциональное истощение. Второй компонент – деперсонализация – проявляется в изменение отношения либо к пациентам, либо к себе. Он получил название «установочный» [7].

А. Пинес и Е. Аронсон рассматривают синдром профессионального выгорания как одномерную конструкцию. Профессиональное выгорание – это состояние физического и психического истощения, вызванное длительным пребыванием в эмоционально перегруженных ситуациях.

А. Чиром считает профессиональное выгорание комбинацией физического, эмоционального и когнитивного истощения или утомления. Он полагает, что главный фактор профессионального выгорания – это эмоциональное истощение, а дополнительные компоненты являются следствием либо поведения (купирования стресса), ведущего к деперсонализации, либо собственно когнитивно-эмоционального выгорания, что выражается в редуцировании личных достижений (деформации субъективной оценки собственных возможностей). И то и другое проявляется в деформации личности и имеет непосредственное значение для её социального здоровья. В противоположность предыдущим подходам, авторы одномерного подхода не ограничивают профессиональное выгорание определённой группой специалистов [6].

П. Торнтон обращается к выявлению связи между уровнем профессионального выгорания и типом поведения преодоления. Поведение преодоления обеспечивается когнитивными и поведенческими усилиями по регуляции специфических внутренних и внешних требований, которые, по субъективной оценке, исчерпывают или превосходят ресурсы личности. Выявлены три стратегии поведения преодоления: две активные (овладение ситуацией путём её преобразования и преодоления эмоционального дистресса путём изменения собственного отношения к ситуации) и одна пассивная (эскапизм или отказ от каких-либо попыток устранить обусловленные ситуацией трудности).

Профессор А.В. Буданов, много лет изучавший профессиональную деформацию сотрудников исправительных учреждений, описал ее важнейшие компоненты. На первое место по значимости он ставит то, что в профессионально-нравственной сфере деформация личности проявляется в утрате адекватного представления о гражданском и нравственном смысле профессиональной деятельности, формировании ощущения ее бесперспективности, в притуплении профессионального долга, росте эгоцентризма и эгоизма. Как следствие – формальный подход к работе или использование профессиональной деятельности для достижения личных, узко эгоцентрических целей [2]. Немало важно то, что возникает «в интеллектуальной сфере – притупление способности к самостоятельному мышлению, к принятию решений, потеря способности к самостоятельной учебе и профессиональному развитию; затруднения с принятием решений в нестандартной ситуации, склонность к шаблонному мышлению и догматизму, завышенная оценка своих знаний и способностей; снижение общего объема знаний, используемых при решении профессиональных задач, развитие некритического отношения к собственному мнению и оценкам происходящего; преувеличенное внимание к персональному, профессиональному опыту. В эмоциональной сфере – «огрубление чувств», сужение и обеднение эмоционально-психологической сферы личности, ослабление способности контролировать и регулировать свои эмоции и чувства; развитие ощущения эмоциональной неуравновешенности, повышение уровня конфликтности (внешнее и внутреннее), ослабление волевых качеств и способности к сознательному самоконтролю. К этому нередко присоединяется состояние перманентной усталости и депрессии» [5].

Профессор В.С. Медведев отметил, что личностные свойства людей, с которыми по долгу службы вынужден «общаться» сотрудник исправительного учреждения, могут провоцировать у него «деформацию личности» [2]. Наиболее негативное влияние было выявлено у сотрудников уголовного розыска, так как их «клиенты» социально-опасные, агрессивные, морально ущербные люди (убийцы, насильники, воры, хулиганы). Средняя степень деформации личности отмечена у работников патрульно-постовой службы, им приходится работать, как правило, с нормальными людьми, предотвращая или фиксируя правонарушения. Низкая степень деформации, по понятной причине, у сотрудников паспортной и кадровой служб.

Наиболее «коварная» причина деформации личности сотрудника исправительного учреждения возникает из-за необходимости учитывать, предвидеть логику мышления преступника, мысленно следовать за ней. Чтобы уметь работать с преступником, сотрудник вынужден ставить себя на место преступника, знать его манеры, привычки, традиции, жаргон. Это может деформировать личность сотрудника, создавая не только чрезмерный негативизм к преступнику, но и уподобление ему. Такое случается, если у сотрудника исправительного учреждения «отсутствуют некоторые важные качества иммунитета – умение периодически разтождествляться от других, психологически самоочищаться, сохраняя свое «Я»». В этом утверждении есть недоговоренность. Если перейти на язык психоанализа, как это сделал цитируемый автор, то следует сказать, что сотрудник исправительного учреждения должен иметь стойкое, профессионально оформленное «сверх-Я», то есть неодолимые никакими соблазнами и увлечениями морально-нравственные устои. Они не оставляют возможности для превращения защитника законности в правонарушителя, даже если сотрудник исправительного учреждения мысленно следует за помыслами преступника.

Несмотря на немалое количество работ, посвященных изучению отдельных форм профессиональных деформаций у сотрудников УИС, исследований синдрома профессионального выгорания явно недостаточно, следствием чего является дефицит научного знания о сущностях и механизмах данного явления и отсутствие надежных, эффективных методик его профилактики и коррекции.

На основе теоретического анализа научной литературы в качестве гипотезы исследования было сделано предположение о том, профессиональное выгорание сотрудников колонии связано с определенными социальными и психологическими факторами такими, как стаж работы на данном места, уровень тревожности, ригидностью личности, удовлетворенностью работой и фокусировкой локус-контроля личности.

Объект исследования: 40 сотрудников женской исправительной колонии в возрасте от 33 до 38 лет с различным уровнем профессионального выгорания: 1 группа (20 человек) – с низким уровнем профессионального выгорания и 2 группа (20 человек) – с высоким уровнем профессионального выгорания. Отнесение к указанным группам осуществлялось на основании экспертных оценок (3 эксперта – начальник медицинской службы, заведующий отделения, старшая медсестра, которые хорошо знали оцениваемого и работали с ним не менее 3 лет), а также данных методики В. Бойко.

Для проверки гипотезы применялись: 1) Анкетирование (для уточнения некоторых социально-психологических характеристик (возраст, стаж профессиональной деятельности, квалификация, семейный статус, жалобы на состояние здоровья); 2) «Методика для оценки уровня субъективного контроля» (Дж. Роттера); 3) Методика «Самооценка тревожности, ригидности и экстравертности» (Автор Д. Моудсли); 4) «Методика для оценки удовлетворенности работой» (Д.Я. Райгородский); 5) «Методика для оценки эмоционального выгорания» (В.В. Бойко).

Обобщая результаты теоретического анализа литературных данных, а также эмпирических результатов по теме исследования можно прийти к следующим выводам:

1. Ключевую роль в синдроме «выгорания» играют эмоционально затруднённые или напряженные отношения в системе «человек – человек». При этом наиболее ярко синдром «выгорания» проявляется в тех случаях, когда коммуникации отягощены эмоциональной насыщенностью или когнитивной сложностью. Вероятность появления проблемы «выгорания» увеличивается по мере возрастания частоты и продолжительности контактов разрушительной или раздражительной природы.

На сегодняшний день в литературе, посвященной синдрому выгорания, указывается на значитель­ное расширение сфер деятельности, подвержен­ных такой опасности. Прове­денные в различных странах исследования пока­зывают, что особой «группой риска» являются сотрудники женской исправительной колонии.

2. По мере нарастания длительности работы у сотрудников женской исправительной колонии увеличивается вероятность развития профессионального выгорания, о чем свидетельствует тот факт, что стаж профессиональной деятельности сотрудников женской исправительной колонии в группах лиц с различным уровнем профвыгорания имеет достоверные различия.

3. Профессиональное выгорание у сотрудников женской исправительной колонии имеет достоверные обратные умеренные взаимосвязи с интернальностью в межличностных отношениях, удовлетворенностью работой, экстравертированностью, а также достоверную положительную умеренную связь с интернальностью в области производственных отношений, общей интернальностью, тревожностью, ригидностью и стажем.

Таким образом, по мере снижения коммуникативной компетентности, удовлетворенности работой, экстравертированности, а также неумении систематизировать свою деятельность, низкой социальной зрелости, нарастания тревожности, боязни, трудностей перестройки восприятия и представлений в изменившихся ситуациях увеличивается вероятность развития профессионального выгорания у сотрудников женской исправительной колонии.

4. Коррекционно-профилактические мероприятия оказывают определенное влияние на снижение уровня профессионального выгорания у сотрудников женской исправительной колонии. При этом достоверно уменьшались показатели переживания психотравмирующих ситуаций, неудовлетворенности собой, загнанности в клетку, тревоги и депрессии, неадекватного избирательного эмоционального реагирования, эмоционально-нравственной дезориентации, расширения сферы экономии эмоций, редукции профессиональных обязанностей и показателей эмоционального дефицита, отстраненности, психовегетативных нарушений.

Предложенная коррекционная программа включает в себя несколько блоков:

1. Рекомендации самим сотрудникам по борьбе с синдромом профессионального выгорания, представляющим собой несколько практических рекомендаций по улучшению своего физического и психологического состояния;

2. Аутогенная тренировка по методу Шульца;

3. Психомышечная и идеомоторная тренировка;

4. Аудивизуальные средства психорегуляции.

Вместе с тем, для увеличения эффективности коррекционно-профилактических мероприятий у данного контингента важно учитывать результаты нашего исследования, а именно:

1. Полученные данные, позволяющие выявить взаимоотношения между стажем профессиональной деятельности, возрастом, характерологическими особенностями, социальной зрелостью и профессиональным выгоранием у сотрудников женской исправительной колонии следует использовать в практической деятельности психологов для ранней диагностики наступающего профессионального выгорания и своевременной коррекции и проведения адекватных реабилитационных мероприятий с данной категорией специалистов для сохранения их здоровья и продления профессионального долголетия.

2. Для прогнозирования подверженности сотрудников женской исправительной колонии профессиональному выгорания важно учитывать следующие показатели: стаж профессиональной деятельности, характерологические особенности (экстравертированность, ригидность и тревожность), удовлетворенность работой и социальную зрелость.

3. Шире использовать в практической деятельности психологов и социальных работников полученные данные для популяризации знаний о ранних признаках профессионального выгорания у сотрудников женской исправительной колонии как группы риска по возникновению данного явления  и основных направлениях борьбы с ним (здоровый образ жизни, рациональный режим труда и отдыха, цвето- и музыкотерапия, релаксационные техники, дыхательная гимнастика и т.п.).

 

Литература

1. Клиническая психология // Под ред. М. Перре, У. Баумана. – СПб.: Питер, 2003. – 1312 с.

2. Психология профессионального здоровья. // Под ред. Г.С. Никифорова. – СПб, 2004. – 258 с.

3. Бойко О.В. Охрана психического здоровья. – М., 2004. – 211 с.

4. Демьянов Ю.Г. Основы психопрофилактики и психотерапии. – СПб., 1999.

5. Менделевич В.Д. Клиническая и медицинская психология. – М., 1998. – 432 с.

6. Старченкова Е.С. Психологические факторы профессионального «выгорания» (на примере деятельности торгового агента): Автореф. дисс ….канд. психол. наук. – СПб., 2002. – 20 с.

Об авторе

Васильева Светлана Алентиновнастарший преподаватель кафедры философии, социологии и психологии Санкт-Петербургский университет управления и экономики.

e-mail: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

Ссылка для цитирования

Васильева С.А. Синдром профессионального выгорания у сотрудников женской исправительной колонии.[Электронный ресурс] // Прикладная психология и психоанализ: электрон. науч. журн. 2013. N 4.URL:http://ppip.idnk.ru (дата обращения: чч.мм.гггг).

Все элементы описания необходимы и соответствуют ГОСТ Р 7.0.5-2008 "Библиографическая ссылка" (введен в действие 01.01.2009). Дата обращения [в формате число-месяц-год = чч.мм.гггг] – дата, когда вы обращались к документу и он был доступен.